Алексей Козлюк, правозащитник: В интернете проще распространять информацию без государственного контроля

  • 27.12.2017, 17:41
  • 2 615
  • В последнее время интернет стал не только инструментом для эффективной коммуникации, но и средой для законодательных экспериментов. Власти практически всех стран мира предприняли разрозненные попытки вписать интернет в рамки закона и, якобы, обеспечить безопасность пользователей. Однако, на практике, безопасность в интернете, стала только предлогом для введения цензуры и снижения коммуникационной свободы. Об информационной свободе в интернете и государственной монополии на нее Digital.Report рассказал правозащитник Лаборатории цифровых свобод Human Constanta Алексей Козлюк.

    Алексей Козлюк, правозащитник: В интернете проще распространять информацию без государственного контроля

    Возможна ли информационная свобода в интернете?


    Свобода искать, получать и распространять информацию является краеугольным камнем современного интернета. В прошлом году исполнилось двадцать лет с момента публикации Джоном Перри Барлоу Декларации Независимости Киберпространства. Это был один из первых политических манифестов свободной сети: “Мы создаем мир где любой и везде может выражать его или ее убеждения, независимо от того, насколько он необычен, без страха быть принужденным к молчанию или конформизму”. Сегодня, в эпоху тотальной цифровой слежки, доминирования крупных корпораций и попыток правительств провести границы в цифровом пространстве эти идеи могут показаться наивными. И все же пока еще рано говорить о том, что мы потеряли свободный интернет.

    Часто свободу в интернете противопоставляют безопасности, призывая пользователей сделать выбор. Подобная дилемма – это слишком явное упрощение и манипуляция. Далеко не все инициативы по ограничению свободы в интернете повышают нашу защищенность перед угрозами. В качестве примера можно вспомнить требования ограничить распространение надежных методов шифрования под предлогом того, что ими пользуются экстремисты и прочие преступники. В то же время, все финансовые транзакции и наша персональная информация в интернете защищаются теми же методами. Любая спроектированная уязвимость в алгоритмах шифрования поставит под угрозу в первую очередь простых пользователей, делая их беззащитными перед злоумышленниками.

    Не приведет ли стремление к свободе в интернете к негативным проявлениям и распространению опасной информации?

    К сожалению, почти все действительно прорывные идеи и технологии могут быть использованы как во благо, так и во вред. В интернете действительно проще распространять информацию без контроля со стороны государства. И это может быть в том числе опасная информация. Хотя давайте разберемся, что значит опасная. Есть международные стандарты свободы информации, сформулированные еще во Всеобщей Декларации прав человека в 1948 году, и появление интернета не сделало их менее значимыми. Свобода информации не является абсолютной и допускает ряд исключений.

    Например, призывы к войне могут преследоваться по закону, свобода слова их не охраняет. Разжигание ненависти тоже подпадает под легитимное ограничение. Ни в одной стране мира закон не станет защищать ваше право распространять детскую порнографию. Однако есть не такие очевидные ситуации. В каждой стране понимание того, какая информация должна быть ограничена, отличается. Даже если просто брать культурные и правовые традиции, например, различия подходов в Евросоюзе и США, то мы увидим, что даже здесь нет универсальной формулы. Первая поправка к конституции США гарантирует свободу всех форм высказывания, здесь вас не станут преследовать за отрицание Холокоста. В тоже время в Евросоюзе все больше высказываний могут расцениваться как язык ненависти и могут ограничиваться. Такие различия могут быть еще сильнее между авторитарными и свободными государствами. То, что относится к нормальной политической дискуссии в демократической стране, в авторитарной стране может преследоваться.

    В Беларуси сейчас идет активная дискуссия о границах дозволенного в киберпространстве. Пока государство использует примитивные инструменты борьбы с нелегальным контентом. Блокировка сотни сайтов – капли в море информации – возможно создает у отдельных чиновников иллюзию контроля над ситуацией, но никак не влияет на действительное положение дел. Проблема также в том, что блокируются не только ресурсы, на которых продаются наркотики и распространяется порнография. Под ограничения регулярно попадают и онлайн-медиа, уже по политическим мотивам. Таким образом, государство подрывает доверие общества к собственной способности регулировать распространение опасной информации на справедливой и законной основе.

    Кто, на ваш взгляд, должен определять степень свободы в интернете и какими законами он должен руководствоваться?

    Вопрос сейчас стоит не в том, кто должен определять степень свободы в интернете, а в том, кто объективно может это делать. И если вы живете не в Китае, то это скорее всего не государство. Хотя последние годы многие правительства активно пытаются регулировать информацию в сети.

    Что касается стандартов и законов, то здесь есть четкий ответ: те права, которые у нас есть в офлайне, также должны быть гарантированы онлайн. Впрочем, в этом вопросе мы вновь упираемся в нежелание государств следовать универсальному стандарту свободы информации и практические сложности с проведением государственных границ в интернете.

    Интернет-активисты 90-х годов прошлого столетия верили, что саморегулирование сообществ пользователей может справиться с опасной информацией лучше любого государства. Интернет-форумы имеют собственные правила ведения дискуссий и механизмы контроля над контентом, часто за этим следят сами пользователи. Социальные сети, такие как facebook или youtube полагаются не столько на армию модераторов, но в первую очередь на сигналы от пользователей.

    Поступает сигнал о размещении информации, запрещенной правилами сервиса, и если сигнал подтверждается, контент будет удален. Не всегда этот механизм действует безотказно, но для многих это кажется хорошей альтернативой государственному контролю. Если вчитаться в соответствующие правила глобальных соцсетей, становится очевидным, что они основаны на международных стандартах и законах стран, в которых работает сервис.

    При этом национальные запреты, прямо нарушающие свободу информации, соцсетями игнорируются. Казалось бы, вот и ответ, но не все так радужно при ближайшем рассмотрении. Во-первых, соцсети принадлежат частным корпорациям и механизмы контроля контента там непрозрачны. У пользователя нет тех возможностей отстоять свои права, которые ему гарантированы в демократических государствах в случае, если вмешательство было со стороны государства. Во-вторых, возможны ситуации, когда интернет-гиганты договариваются с отдельными странами об особых условиях, чтобы не потерять рынок. В конце концов, это просто бизнес.

    Кто должен управлять интернетом – пользователи или государство?

    Модель управления интернетом до сих пор является дискуссионным вопросом. Упомянутая в самом начале Декларация Независимости Киберпространства предостерегала от любого государственного вмешательства, провозглашая интернет пространством, которое регулируется сообществами пользователей. “От имени будущего, я прошу вас из прошлого, оставить нас в покое”, – обращались пионеры интернета к правительствам, – “Мы не приглашали вас. Вы не знаете нас, вы не знаете наш мир”.

    Другая крайность – это идеи передать решение всех вопросов о развитии интернета в ведение Международного союза электросвязи, который является международной межправительственной организацией, а, следовательно, выражает волю государств. К счастью, далеко не все страны видят перспективным и поддерживают такой подход. Поэтому пока можно не опасаться того, что будущее интернета будет зависеть от воли Ирана, Китая, России, Пакистана, Саудовской Аравии и других стран с несвободным интернетом по оценкам ежегодных отчетов Freedom House.

    Могут ли государственные органы считаться монополистами в праве управлять интернетом в своих странах?

    Давайте также не забывать, что управление интернетом происходит на разных уровнях. Вопросы контента – самый верхний из слоев, а есть еще физическая инфраструктура и протоколы, которые обеспечивают функционирование сети. На каждом уровне влияние акторов на принятие решений различно. Естественно, государство способно при желании контролировать прокладку кабелей по своей территории, выдавать лицензии поставщикам услуг, ограничивать международный трафик данных. Все это дает государству ограниченный, но местами эффективный набор инструментов контроля, вплоть до полного отключения интернета на своей территории.

    Некоторые правительства активно пользуются такими методами: за последние два года намеренные отключения сети были зафиксированы более чем в 30 странах. Потенциал государства выборочно блокировать и фильтровать информацию в интернете не так впечатляет. Внедрение систем блокировки, а тем более фильтрации трафика требует серьезных затрат. При этом средства обхода блокировок бесплатны и легки в освоении. Также масштабные блокировки негативно сказываются на устойчивой работе сети.

    В некоторых сферах управления интернетом возможности государств минимальные. Большинство стандартов и протоколов, которые обеспечивают работу интернета, разрабатываются негосударственными организациями. IANA, ICANN, ISO, W3O, IETF, WHATWG, RIPE NCC и прочие важные для интернета аббревиатуры – это негосударственные организации, которые играют ключевую роль в развитии глобальной сети. От их позиций во многом зависит, какие инструменты слежки или цензуры будут в распоряжении правительств. Представьте, как удобно было бы для правительства Турции отнять доменное имя у популярного независимого медиа, но при текущем раскладе это просто невозможно.

    Возможно ли построение системы управления интернетом без участия государства?

    Возможность системы управления интернетом без участия государства в теории могла бы стать реальной без привязки инфраструктуры сети к конкретной территории. Это интересный повод пофантазировать про сеть спутников, которые из международного космического пространства обеспечивают всем жителям Земли доступ к свободному интернету.

    Но это пока только мечты, а реальность такова, что всем заинтересованным сторонам следует искать путь совместного решения проблем в киберпространстве. И государство в этом процессе выступает одним из стейкхолдеров наряду с бизнесом, гражданским обществом, академическим и техническим сообществами. Современная модель управления интернетом, основанная на вовлечении всех заинтересованных сторон, оформилась по результатам двух этапов Всемирной встречи по вопросам информационного общества (в 2003 году в Женеве и в 2005 году в Тунисе). Эту модель используют в своей деятельности основные профильные организации. Ключевым мероприятием является ежегодный Форум по управлению интернетом (IGF), который проходит под эгидой ООН и собирает представителей разных регионов, стран и секторов. IGF 2017 проходит как раз в эти дни в Женеве.

    Помимо глобального Форума по управлению интернетом существуют национальные и региональные инициативы такого формата, которые являются площадкой для обсуждения между местными акторами. Например, в мае 2017 года в Беларуси прошел уже второй национальный Форум, организованный хостинг-провайдером и техническим администратором доменных зон .by и .бел hoster.by, правозащитной организацией Human Constanta и Оперативно-аналитическим центром при президенте Республики Беларусь.

    Изменил ли интернет представление людей о свободе слова и личной свободе и как, на ваш взгляд?

    Безусловно интернет изменил и меняет наши представления о многих вещах. Это касается как свободы информации, так и защиты информации и вопросов приватности. В аналоговую эпоху мы имели совершенно другую модель производства и потребления информации. Модель была вертикальная, то есть до нас эту информацию доносили средств массовой информации, в той или иной степени под контролем государства. Сейчас это понятие исчезает, остаются только медиа. Информация может создаваться такими же пользователями как мы или профессиональными редакциями, или даже алгоритмами. При этом мы получаем информацию, которая циркулирует глобально. Стандарты свободы слова остаются неизменными с 1948-го года, но только сейчас появилась возможность сделать их по-настоящему универсальными.

    Впрочем, чтобы не быть слишком оптимистичными, стоит учитывать и обратный эффект. Глобальное распространение информации в некоторых традиционных обществах воспринимается как вторжение в их жизненный уклад и угроза нравственности. Будучи неспособными использовать все преимущества четвертой информационной революции, они подвержены воздействию фундаментализма и экстремистских идей. Вопрос сокращения “цифрового разрыва” между глобальным Севером и глобальным Югом будет становиться все более актуальным.


    * Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.